“Ъ” стали известны подробности обзора дел коррупционной направленности, подготовленного Верховным судом (ВС) России. Это 27 наиболее характерных ситуаций, возникающих в связи с преследованием коррупционеров, изъятием их активов и увольнением в связи с утратой доверия. В частности, судам предписано рассматривать антикоррупционные иски, если отказ от них прокуратуры противоречит публичным интересам. Глава ВС Игорь Краснов настаивает на «краткости», «предсказуемости» и «понятности» судебных решений.
ВС изучил и обобщил практику рассмотрения судами в 2020–2026 годах дел, связанных с применением законодательства о противодействии коррупции и обращением в доход Российской Федерации имущества, приобретенного в результате нарушения требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции. Сделано это для «обеспечения единообразного подхода» судов к подобным делам.
Выступая 1 июля на заседании президиума ВС, председатель Верховного суда Игорь Краснов заявил:
«Наша цель — сделать судебную практику предсказуемой и понятной каждому: чтобы человек, столкнувшись с правовой проблемой, мог разобраться, на что опираться, и быть уверенным в справедливости решения».
В обзор судебной практики, утвержденный президиумом ВС под председательством господина Краснова, включены 27 правовых позиций, выработанных на основе анализа судебных решений за последние шесть лет. Среди прочего ВС указал, что уклонение чиновника от обязанности представить сведения о доходах, расходах и имуществе является основанием для досрочного прекращения его полномочий в связи с утратой доверия. Поводом для отставки могут стать и искажение сведений об активах, и сокрытие собственности. Отставка по отрицательным мотивам грозит чиновникам, совмещающим свою государственную (муниципальную) деятельность с бизнесом. При этом фигурант не может досрочно прекратить свои полномочия, если в его отношении уже идет антикоррупционная проверка.
В документе отмечается, что круг лиц, взаимодействие которых с государственным служащим может повлечь возникновение конфликта интересов, не ограничивается только близкими родственниками. Как следует из примеров, приведенных ВС, судебная практика распространяется на двоюродных братьев и сестер. Возникновение личной заинтересованности не исключает даже расторжение брака. Суд привел в пример дело главы сельского поселения и председателя совета депутатов, которые формально развелись, но продолжили жить вместе и воспитывать общих детей. При этом глава совета депутатов председательствовала на собрании, где избрали ее бывшего мужа на пост, вела протокол и проголосовала за него.
Верховный суд указал, что по антикоррупционным искам обращать в доход государства нужно не только имущество, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, но и активы, полученные в результате совершения противоправных деяний коррупционной направленности, а также доходы от его использования и реализации.
Особо отмечено, что у прокурора есть возможность отсудить все имущество, полученное коррупционным путем, еще до того, как обвиняемый предстанет перед судом по уголовному делу.
ВС напомнил, что в соответствии с решением Конституционного суда срок исковой давности для антикоррупционных исков законом не ограничен.
ВС позаботился и о правах ответчиков, которые вправе доказывать в суде «всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение имущества, независимо от того, когда они были получены и были ли отражены в соответствующих справках и декларациях». Президиум ВС подчеркнул: юридически значимым обстоятельством для дел данной категории является именно установление факта законности происхождения средств, затраченных на активы, а не формальное несоответствие произведенных расходов совокупному доходу за три года. Практика удовлетворения антикоррупционных исков к группам граждан иногда без детализации их роли в коррупционных правонарушениях уже претерпела изменения. Как сообщал “Ъ”, на днях Мосгорсуд вернул пакет акций ГК «Русагро» (оценивается в 1,5 млрд руб.) одному из соответчиков по делу экс-сенатора Вадима Мошковича Сергею Трибунскому. Его юристы доказали законность приобретения 14,3 млн ценных бумаг.
В свою очередь, ВС обозначил, что в составе законных источников доходов может быть учтено имущество всех совместно проживающих членов семьи, если они вели общее хозяйство и совместный бюджет.
Не подлежит конфискации имущество, приобретенное до поступления ответчика на государственную должность, а также деньги, поступившие до этого на его счета. Однако, по данным “Ъ”, пока суды зачастую обращают в доход государства практически все активы обвиняемых.
Суд отметил возможность привлечения к гражданско-правовой ответственности, в том числе в солидарном порядке, не только чиновников, но и иных физических и юридических лиц, участвовавших в коррупционном правонарушении. Круг таких лиц не определяется в системе действующего законодательства РФ каким-либо перечнем, а напрямую зависит от факта совершения или участия в совершении коррупционного правонарушения.
В обзоре уточняется, что деньги, поступившие на счет чиновника или его супруги, законность происхождения которых не подтверждена, подлежат обращению в доход государства даже после развода ответчиков. В качестве примера президиум ВС привел иск о взыскании более 23 млн руб. с бывшего госслужащего и его экс-супруги. По решению суда они были наказаны в солидарном порядке, так как подозрительные суммы поступали к ним на счета в период брака и совместного ведения хозяйства.
ВС РФ обратил внимание, что если стоимость имущества в договоре купли-продажи явно занижена или завышена, то суд при оценке соответствия расходов или доходов законным поступлениям вправе исходить из его рыночной стоимости. В ходе рассмотрения антикоррупционного иска прокуратуры ответчик указал, что приобрел спорный автомобиль за полмиллиона. Однако эксперты оценили его рыночную стоимость в 7 млн руб., и именно эта сумма была взыскана с коррупционера.
Если антикоррупционный иск подан к ответчику, в отношении которого введена процедура банкротства, указал в обзоре ВС, то его необходимо рассмотреть в суде общей юрисдикции вне рамок дела о банкротстве.
Верховный суд уточнил, что имущество, полученное коррупционным путем, не может включаться в конкурсную массу и подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации.
Данная правовая коллизия возникла, например, в деле бывшего замминистра обороны Тимура Иванова, на активы которого одновременно претендовали прокуроры с антикоррупционным иском и кредиторы, которым он задолжал.
Верховный суд также рассмотрел ситуации с полным или частичным отказом прокуроров от своих антикоррупционных требований. В этом случае, решил ВС, судам надлежит проверить, не противоречит ли такой отказ публичным интересам и не затрагиваются ли при этом конституционные ценности. В таком случае отказ следует признать безосновательным и не принимать его, рассматривая иск по существу. Суд привел в пример действия сотрудника надзорного ведомства, который отказался от исковых требований на 196 млн руб., ссылаясь на результаты дополнительной проверки, но не ознакомил с ними суд и не пояснил, каким еще образом можно защитить интересы государства.
В завершении заседания Игорь Краснов призвал судей подходить к своей работе «творчески, но предельно ответственно». «Помните слова классика: «Краткость — сестра таланта». Наши разъяснения должны быть емкими, без лишней воды — так их будет удобно читать и применять на практике. Важно не просто изложить правовые позиции, а подать материал так, чтобы он был доступен и для опытного судьи, и для молодого специалиста, и для гражданина, который хочет разобраться в вопросе»,— подчеркнул председатель ВС.